ВКД

Справка по ВКД выполненному 3 августа 2006 года

Дата: 03.08.2006

Выходящий космонавт: WILLIAMS Jeffrey, REITER Thomas

Продолжительность: 5 час 54 мин

Шлюз: Quest (МКС-13)

Скафандр: EMU №3008(красный), EMU №3015(белый).

Задачи выхода:
1. Установка блока измерения плавающего потенциала FPMU на секции S1 фермы станции.
2. Монтаж на ШО Quest контейнеров РЕС-3 и РЕС-4 с образцами материалов для эксперимента MISSE.
3. Установка контроллера привода узла вращения RJMC балки радиаторов на S1.
4. Замена мультиплексора-демультиплексо-ра MDM балки радиаторов на S1.
5. Замена правой шунтирующей перемычки на SO.
6. Осмотр модулей клапанов балки радиаторов RBVM на S1.
7. Вставка двух зажимов быстросъемных соединений SPD на левую шунтирующую перемычку на SO.
8. Съемка инфракрасной камерой поврежденных образцов RCC-панелей теплозащиты шаттла.
9. Монтаж светильника СЕТА S1-1 на секции S1.
10. Демонтаж отказавшей антенны GPS AA-2 на SO для возврата и ремонта.
11. Установка безмоментного клапана NPV на Лабораторном модуле Destiny.

Описание: Одной из главных задач выхода было восстановление работоспособности контура А внешней аммиачной системы терморегулирования ETCS и его подготовка к ожидаемой в полете STS-116 (декабрь 2006 г.) активации, в т.ч. к заполнению магистралей теплоносителем. Напомню, что штатная система терморегулирования АС состоит из двух независимых контуров охлаждения: первый (А) располагается на секции S1 правого борта, второй (В) - на секции Р1 левого борта. Для отвода тепла из внутренней водяной системы терморегулирования ITCS каждый контур ETCS имеет в своем составе три раскладываемых восьмисекционных радиатора.

С вводом в строй более мощной ETCS используемая сейчас «ранняя» система терморегулирования EETCS будет отключена в конце января 2007 г.

Перед и после ВКД командир 13-й экспедиции Павел Виноградов помогал астронавтам надевать и снимать скафандры EMU. Он также контролировал процессы прямого и обратного шлюзования, в т.ч. десатурацию (вымывание азота из крови), а в течение ВКД менял кассеты в видеомагнитофоне VTR, записывающем переговоры работающих снаружи коллег и «картинку» их действий с многочисленных камер.

Уилльямс (его обозначение в циклограмме выхода EV-1) использовал скафандр EMU №3008 с красными полосками на ранце системы жизнеобеспечения и штанинах, а Райтер (EV-2) - EMU №3015 (полностью белый). На скафандр Уилльямса было установлено устройство самоспасения SAFER №1003. Райтер же вынужденно взял с собой SAFER №1005 вместо №1007, который во время «сухого прогона» за неделю до выхода не «захотел» надеться на ранец СЖО.

Поэтапно разгерметизировав отсек экипажа ШО Quest (промежуточные остановки были связаны с проверкой герметичности скафандров и люка в отсек оборудования), Уилльямс в 13:54 UTC при давлении 26 мм рт.ст. приоткрыл выходной люк. Распахнуть его полностью он смог с большим трудом через 6 минут - мешало выносимое наружу оборудование (отсек экипажа «страдает» ужасной теснотой). Выход официально начался в 14:04 (на 9 минут позже плана), когда Джеффри и Томас переключили скафандры на автономное питание.

Для обоих астронавтов это была третья ВКД. Бортинженер-1 «гулял» в открытом космосе совсем недавно, в июне 2006 г., а борт-инженер-2 был лишен такого удовольствия более чем на 10 лет! Томас стал первым из немцев, кому довелось работать в американском скафандре.

Передав на Землю параметры систем скафандров, астронавты в тени «шагнули в бездну»: сначала Джеффри в 14:10, затем Томас в 14:24. Они перешли на прикрепленную к «Квесту» внешнюю складскую платформу ESP-2, где Райтер в 14:37 на свету с помощью гайковерта PGT открутил одну из трех стоек VSSA (четвертая уже использована в ходе ВКД-4 в ноябре 2005 г.) и закрепил ее на себе.

Передвигаясь по «шпоре» (телескопический трап с поручнями) и секции S0, астронавты любовались проплывающим внизу пейзажем.

- Прекрасный вид Флориды, - заметил Уилльямс. - Шаттл снова на старте, правильно?

- Да, - ответил Боуэн с Земли. - Вы могли бы наблюдать формирование урагана Крис к югу от Кубы.

- Он сегодня так же не определяем, как и вчера, - констатировал Уилльямс.

Добравшись до секции S1, Джефф и Томас сняли со стойки VSSA блок-имитатор, предохраняющий разъемы, и вместо него в 15:08 установили блок измерения плавающего потенциала FPMU, принесенный Джеффри из ШО. «Пустолазы» сняли чехол с FPMU и развернули три образующие крест штанги с датчиками. Затем они прикрутили стойку с FPMU к порту СР2 на правом конце S1 и подстыковали три разъема кабелей, обеспечивающих передачу питания, данных и видеоинформации.

Наличие мощных солнечных батарей приводит к возникновению большой разности потенциалов между поверхностью МКС и окружающей ее ионосферной плазмой. Особенно существенной она может быть при прохождении станции через холодную малоплотную плазму. Для устранения этой проблемы на станции имеются плазменные контакторы, которые выравнивают разность потенциалов, не давая ей превысить безопасный барьер в 40 В, - и тем самым, в частности, предохраняют работающих в открытом космосе астронавтов от удара электрическим током.

В ближайший год МКС должна пополниться множеством новых солнечных батарей (первые из них начнут работать на секции Р4 уже после полета STS-115 в сентябре), и NASA желает узнать, как при этом будет меняться потенциал станции. Вот поэтому еще в 2001 г. Космический центр имени Джонсона выдал Лаборатории космической динамики SDL Университета штата Юта контракт стоимостью 2.5 млн $ на создание четырех блоков измерения плавающего потенциала FPMU и наземной станции. SDL справилась с этой задачей к ноябрю 2003 г.

Доставленный на МКС в полете STS-121 блок FPMU будет эксплуатироваться не менее трех лет. Он содержит четыре датчика, которые измеряют накопленный поверхностью станции потенциал, а также плотность и температуру электронов.

В 15:37 астронавты вернулись обратно к ШО Quest. Райтер забрался внутрь «Квеста», чтобы передать Уилльямсу контроллер привода узла вращения RJMC и мультиплексор-демультиплексор MDM.

Джеффри в 16:06 поставил и раскрыл контейнер РЕС-3 на кислородном баллоне №2 на отсеке оборудования, а Томас - РЕС-4 на конце отсека экипажа ШО. С августа 2001 г. по июль 2005 г. на этих же местах располагались аналогичные «чемоданчики» РЕС-1 и РЕС-2 с образцами материалов и покрытий. ЦУП-Х попросил бортинженеров сфотографировать контейнеры, и они, воспользовавшись этим, решили и себя запечатлеть для истории. «Мы можем предпринять небольшой экскурсионный тур», - шутливо предложил Райтер, намекая на то, что они опережали циклограмму выхода уже на час.

К 16:40 Уилльямс смонтировал на секции S1 контроллер привода узла вращения RJMC радиатора для контура А системы ETCS. Райтер заменил там же мультиплексор-де-мультиплексор MDM.

На S1 имеются два контроллера RJMC, которые управляют работой мотора, поворачивающего балку с тремя радиаторами. Один из контроллеров отказал полтора года назад, и его снял экипаж МКС-12 в ноябре 2005 г. (американский выход ВКД-4), освободив место для нового. На S1 также находятся два MDM, отвечающие за действия клапанов, которые регулируют поток аммиака через радиаторы. Демонтированный Томасом компьютер MDM сломался 2 года назад; новый и исправный MDM позволит, например, раскрыть оставшиеся два радиатора после полета STS-120 (август 2007 г.).

В 16:57 на правом борту секции SO американец заменил шунтирующую перемычку и вставил два устройства SPD на ее разъемы. Эта перемычка временно обходит магистрали системы охлаждения для модуля Node 2. После доставки Узлового модуля на STS-120 шунт снимут и, сделав необходимые подключения, запустят его терморегулирование.

Сегодняшняя замена перемычки потребовалась после выявления конструктивного дефекта старой, который мог привести к кавитации насосов, прокачивающих через нее теплоноситель. Что же до жестких центрирующих зажимов SPD, то они нужны для того, чтобы при ремонте космонавты смогли легко расстыковать когда-то безобразно спроектированные «быстросъемные» гидроразъемы QD аммиачных линий.

Немец тем временем проинспектировал два из шести модулей клапанов RBVM (они «следят» за циркуляцией теплоносителя и направляют его к определенному радиатору) на балке радиаторов секции S1 и поставил там один SPD. Еще два зажима SPD Райтер установил на шунтирующей перемычке левого борта секции S0. «Мы довольно много погуляли сегодня», - пошутил он, откликнувшись на реплику Уилльямса о том, что его ногам жарковато.

К 17:28 бортинженер-1 вытащил из ШО Quest инфракрасную камеру, которая была включена еще при шлюзовании. Достав оттуда же планшет с двумя поврежденными образцами RCC-панелей шаттла, он закрепил его на отсеке экипажа «Квеста». В 17:48 Райтер (бортинженер-2), предварительно зафиксировавшись, приступил к 17-минутной тепловой видеосъемке образцов ИК-камерой на свету. Это была вторая часть начатого в полете STS-121 эксперимента DTO-851, который призван испытать средства обнаружения повреждений RCC-панелей передних кромок крыльев челнока. В данном случае проверялась работоспособность камеры в условиях теплового воздействия.

Пока Томас создавал «кинофильм», Джеффри принялся за выполнение дополнительных задач выхода, благо опережение составляло уже 1.5 часа. В 17:55 он смонтировал на стойке на секции S1 и подключил второй прожектор для освещения в тени мест работы астронавтов. Первый светильник, да и саму стойку поставили члены 6-й экспедиции Кеннет Бауэрсокс и Дональд Петтит в апреле 2003 г., правда, не без проблем, тогда даже понадобился российский молоток!

В 18:11 Уилльямс демонтировал с секции S0 антенну GPS AA-2, обеспечивающую прием навигационной информации. Таких устройств на АС четыре, и экипажу планировалась замена антенны АА-4. Однако за неделю до выхода ЦУП-Х решил снимать антенну АА-2, установленную всего год назад в полете STS-114, поскольку она отказала совсем, а четвертая хоть и временами (суммарно одну неделю в месяц), но работала. В 18:21 Джеффри по просьбе Земли снова вернулся к светильнику: его потребовалось переставить и переподключить.

Засунув после видеосъемки ИК-камеру и планшет обратно в ШО, Райтер в 18:25 установил на секции SO на надирной части модуля Destiny (около места его стыковки с Unity) безмоментный клапан NPV системы вакуумирования VRS. Новый клапан должен свести к нулю возмущающие реактивные моменты во время проведения научных экспериментов в условиях вакуума. ЦУП-Х потом еще долгое время проверял герметичность NPV, и только в 19:08 Томас закрыл его термокожухом.

Через 5 часов после начала все основные и дополнительные задачи ВКД были успешно выполнены, поэтому Земля была вынуждена импровизировать. Хьюстон нашел работу и для Уилльямса, и для Райтера. Американец перетащил на новые места два фиксатора для ног APFR, чтобы облегчить выходы экипажу STS-115. Один из «якорей» он установил в 19:02 на задней стороне секции S0. «Я здесь прежде никогда не был», - воскликнул Джеффри, а Стивен Боуэн из ЦУП-Х парировал: «Я не думаю, что кто-нибудь когда-либо находился здесь раньше». Уилльямс также сфотографировал царапину на выходном люке «Квеста».

Райтер же осмотрел на гермоадаптере РМА-1 захват, удерживающий оборудование в ходе ВКД. «Томас, не повреди там наш "Союз"», - предостерег Джеффри, и тот пообещал: «Нет, ни в коем случае!»

Немного прибравшись на ШО, астронавты поснимали друг друга на память. Райтер забрался внутрь «Квеста» в 19:43 и занес переданное Уилльямсом «барахло». Джеффри зашел в ШО в 19:48 и через две минуты закрыл его люк. Затем оба «пустолаза» переключили скафандры на бортовое питание. В 19:58 (на 27 минут раньше срока) начался наддув Шлюзового отсека - выход, продолжавшийся 5 час 54 мин (вместо 6 час 30 мин), официально закончился.

Эта ВКД стала 252-й в мире, 137-й в американских скафандрах и 69-й по программе МКС (суммарная продолжительность - 418 час 16 мин). Уилльямс набрал 19 час 09 мин работы в открытом космосе, а Райтер -14 час 16 мин.

Новости космонавтики 2006 №10

X