ВКД

Справка по ВКД выполненному 20 сентября 1993 года

Дата: 20.09.1993

Выходящий космонавт: СЕРЕБРОВ Александр, ЦИБЛИЕВ Василий

Продолжительность:  3 часа 13 минут

Шлюз: ШСО Квант-2 (Мир, ЭО-14)

Скафандр: Орлан ДМА-14, ДМА-25

Цель: Развертывание фермы "Рапана", установка научной аппаратуры.

Описане:

После раннего завтрака, космонавты приступили к проверке работы систем скафандров, c 01:15 UTC до 02:25 UTC “Сириусы” одели специальное снаряжение, закрыли люк между ПНО и ШСО. Затем вошли в скафандры “Орланов ДМА” и приступили к шлюзованию. В это время с ними на связь вышел французский космонавт Мишель Тонини. Он поделился новостями, пожелал удачной работы за бортом станции.

В 03:47 UTC космонавты перешли на автономное питание скафандров. “Я около люка, — доложил Александр Серебров.— Красный карабин на кольцевом поручне, синий — тоже. Сейчас расфиксирую эту механику и готов открывать люк. Исчезла надпись. Давление падает. Пять, четыре, три, два, один. Снимаю люк с упора."

Выходной люк был открыт в 03:51:50 UTC (по плану — 03:54) (6:51:50 ДМВ).

Рапскрытие “Фермы-2” (эксперимент "Рапана"): 1 — транспортное положение; 2 — промежуточное положение; 3 — рабочее положение; 4 — контейнеры научной аппаратуры; 5 — пульт управления.

“Люк открыл, — сообщил бортинженер. — И сразу вижу Луну. Так, ставлю люк на стопор.” Пока “Сириус-2” выбрался из ШСО, на орбите рассвело. Василий Циблиев передал ему укладку с платформами научной аппаратуры (ПНА) и тоже покинул шлюз.

Затем в 04:08 UTC Александр Серебров занялся фиксацией укладки с ПНА на грузовой стреле, а командир экипажа направился по ней на базовый блок “Мира”. На этот раз ему предстояло поработать “крановщиком”. Передвигаясь по стреле, Циблиев успевал и осматривать внешнюю конструкцию станции: “Сопла подводящих движков на (модуле) Д так выветрились, будто и никогда не работали.” — “Будешь проходить ПГО — посмотри “Данко ”, — попросил ЦУП. — Он на такой прищепке-лирке зацеплен за поручень, от него еще идет фал. Это рядом с образцами грузовой стрелы.” — “Мы это “Данко” не можем снять уже какой выход — посетовал руководитель полета Владимир Соловьев. — Мы его уже потеряли. Ставил его еще Серега Крикалев. Это такая Т-образная штука, ножка — прищепка, а верхняя часть — площадка 35 на 35 сантиметров. Если вы увидите это дело со стрелы, то при возвращении назад можно будет его снять.” В 04:15 с орбиты раздался радостный голос Василия Циблиева: “А, вон она. Да, да. Недалеко от стрелы. Может она раньше кому-нибудь помешала и ребята ее убрали?” — “Мы подняли все документации по выходам — это ее штатное место. Сейчас тут у всех красные уши.” — “Почему?” — ехидно поинтересовался “ Сириус-1”. — “Нам стыдно."

Когда Циблиев оказался у основания грузовой стрелы, а Александр Серебров закрепился на ее конце. Можно было начинать ее перевод к “Софоре”. В 04:22 Серебров дал добро: “Ну — поехали, Вась.” “Перелет” занял три минуты. “Так, пришли прямо к индикатору, — сообщил бортинженер. — Потише, потише. Есть касание.” В 04:31 к Сереброву присоединился Циблиев. Космонавты перешли на ЦМ-Э, закрепили на поручнях укладку с ПНА и начали готовиться к раскрытию “Рапаны”. Первоначально эти работы планировались на следующем витке, но космонавты работали быстро. В 04:39 Серебров сообщил: “Я готов. Снимаю ее положение. Все нормально.” — “А я уже у пульта, — не отставал от бортинженера командир. — Готов?” — “Готов."

В 04:42:10 UTC Василий Циблиев включил прогрев чеки. На кадрах видеозаписи, которые космонавты показали уже после выхода, было видно, как конструкция “Рапаны” немного раскрылась, будто слегка подпружиненная, “Она по-моему без привода пошла, — прокомментировал это Циблиев. — Отключаю чеку (04:42:23). Включаю привод (04:42:39). “Под действием электрического тока приводы фермы, в которых использовался материал с памятью формы, прогрелись и раскрыли “Рапану” на пятиметровую высоту. “Пошла, пошла, — рассказывал о происходящем “Сириус-1”. — Верхняя часть ее раскрывается. Идет плавно, как пантограф. Уже выше “Индикатора” и стрелы. Напрягается. Так, зафиксировалась. Один, по моему, не дошел. Саш, видишь? А, вот — подтянулся. Теперь вся “Рапана” раскрыта.” Процесс раскрытия фермы длился всего 95 секунд. “Все натягивается, — сообщил Александр Серебров. — Поздравляем всех, кто принимал участие в создании “Рапаны” и ее раскрытии."

На Земле все остались очень довольны удачным завершением эксперимента. “Тумблер можете выключать — передал ЦУП. — Молодцы, вы идете с часовым опережением графика. Покачайте ее там, ребята.” — “Качаю, стоит мертво,” — довольно сообщает Циблиев. — “Ребята, спасибо за ювелирную работу, — поблагодарил “Сириусов” ЦУП и сразу же передал на орбиту указания по следующим работам. — Сейчас заканчивается сеанс. Вы пока расстыковывайте разъемы X1, Х2, Х4, а состыковывайте X1 и Х4."

Пока с “Миром” не было радиосвязи, космонавты успели отстыковать разъемы пульта управления раскрытием “Рапаны” и подстыковать разъемы ПНА. При восстановлении связи в 05:17 Серебров передал: “Мы сейчас уже подтягиваем укладку с научным оборудованием.” Работа шла с приличным опережением графика и космонавты успевали поговорить с Землей и на отвлеченные темы. “Валера Корзун — здесь?” — поинтересовался “Сириус-1”. — “Я на связи, все в порядке,” — включился в разговор друг командира. — “Ну как, домой мне позвонил?” — “Да-да. Порядок. Василия твоего уже по голосу не узнаю. Просто взрослый мужчина.” — “Да я и сам его не узнаю,” — вздохнул Василий Циблиев-старший. — “Я смотрю, он с женой только через посредников разговаривает?” — шутливо прокомментировал Александр Серебров.

“Тут еще и камера летает, — пожаловался на паривший рядом и мешавшийся фотоаппарат “Хассель” бортинженер. — Господи, куда она?” — “Как будто с крыльями,” — восхитился ее полетом командир. — “Мотыляет,” — придумал на ходу новый термин Серебров.

Тем временем “Сириусы “ приступили к монтажу на раскрытой “Рапане” пяти платформ научной аппаратуры. Сначала закрепили пятую, потом — вторую. “ПНА-2 стоит и законтрена, — передал в 05:39 бортинженер. — Так, теперь давай четвертую. Иди сюда, родимая.” Затем космонавты закрепили первую платформу и начали монтаж последней — ПНА-3. “Что-то ее клинит. Тяни ее на себя, — боролся с “заартачившейся” панелью Александр Серебров. — Тяни, тяни... Ой, ядрена мать. Выскочила. Ну никак ее.” — “Надо пониже чуть-чуть,” -посоветовал менее эмоциональный Василий Циблиев. — “Все — зафиксировали. Третья оказалась самой сложной.” — “Молодцы, — подбодрил космических тружеников ЦУП. — Осталось вам раскрыть кассеты СКК на двух нижних панелях, собрать инструмент и можно уходить.” На монтаж всех пяти ПНА “Сириусы” затратили 17 минут, вместо 27 по плану.

В 06:04 космонавты запустили небольшой “спутник” — ставший ненужным пульт управления раскрытием “Рапаны”. Затем они произвели съемку фермы фотоаппаратом “Хассель” и автономным видеомагнитофоном. “Ничего, Василий, через годик-полтора придешь еще сюда, проведаешь “Рапану”,” — сказал напоследок Циблиеву Серебров.

В 06:12 космонавты начали перебираться к грузовой стреле по “Софоре”. “Так, а фотоаппарат я что-то не вижу, — забеспокоился вдруг бортинженер. — Похоже он соскочил с карабина.” — “И я его не вижу,” — подтвердил Василий Циблиев. — “А я вижу. Вон он летит. Уже далеко,” — огорченно сообщил Александр Серебров. — “Вы его не ловите?” — забеспокоился на Земле Владимир Соловьев. — “Да нет, куда там.” — “Ничего, — попытался утешить космонавтов руководитель полета. — Не вы — первые, не вы — последние.” — “Да мы вчера все думали: как его закрепить, — объяснил Василий Циблиев. — Это не из-за того, что мы — растерявши, а потому что заранее никто не продумал: как мы его сможем с собой взять."

Наконец командир перешел по грузовой стреле на базовый блок и начал переносить Сереброва к ЦМ-Д. С 06:22 до 06:53 “Мир” был вне радиовидимости НИПов и СРа и связи с экипажем не было. Когда радиоконтакт был восстановлен, выяснилось, что космонавты уже сняли образцы “Данко-М” и находятся у ШСО.

Люк был закрыт в 07:05:40 UTC (10:05:40 ДМВ). Длительность второго выхода в космос составили 3 часа 14 минут (по плану — 4:20).

В 07:08 космонавты открыли клапан выравнивания давления (КВД), соединяющий объемы ШСО и ПНО, через две минуты перешли на бортовое питание скафандров, а в 07:22 UTC открыли люк в ПНО.

Однако, как потом выяснилось, при шлюзовании произошла нерасчетная ситуация. При контроле давления по мановакууметру после открытия КВД космонавты обнаружили, что давление нестабильно, но не падает, а растет. Такая ситуация могла возникнуть только из-за подтекания воздуха из приборно-грузового отсека (ПГО) ЦМ-Д. Из ЦУПа последовала команда — закрыть люк ПНО-ШСО на сутки для контроля герметичности внешнего люка.

X