ВКД

Справка по ВКД-82 выполненному 17 июля 1990 года

Дата: 17.07.1990

Выходящий космонавт: БАЛАНДИН Александр, СОЛОВЬЕВ Анатолий

Продолжительность:  7 часов

Шлюз: ШСО Квант-2 (Мир, ЭО-6)

Скафандр: Орлан ДМА-12, ДМА-8

Цель: Инспекция пиропатронов, ремонт экранно-вакуумной изоляции транспортного корабля, деформация петли выходного люка (ВЛ), нарушение герметичности ВЛ, переход в приборно-научный отсек (ПНО).

Описание:

17 июля в 13:06 UTC «Родники» открыли главный выходной люк орбитального комплекса. Во время открытия люка космонавты нарушили инструкцию: его надо было открывать постепенно, на упоре, выпуская в щель избыточное давление. Но Александр Баландин снял упор раньше времени, и при внутреннем давлении 33 мм рт.ст. крышка откинулась наружу с силой 400 кг, деформировав кронштейн-петлю. Не доложив о случившемся, экипаж продолжил выход

«— Ох ты, солнышко какое! — не удержался от эмоционального восклицания Александр Баландин, ведь для него, как и для Анатолия Соловьева, это первый выход в открытый космос.

Выбравшись из люука космонавты направились к «Союзу». Путь экипажу предстоял нелегкий. Не все поверхности орбитального комплекса удобны для передвижения космонавтов да еще с такими габаритными связками грузов. Вот где пригодились полностью автономные скафандры. С длинными фалами через лес антенн пробраться невозможно.

Руководитель полета В. А. Соловьев еще раз напоминает:

— Ребята, в течение всего выхода первое — следить, чтобы были застрахованы. И второе — следить за скафандрами.

Первая попытка пройти окончилась неудачей, непреодолимой преградой стала какая-то антенна. Пришлось возвращаться назад к люку, перебираться на другую сторону модуля и уже по ней попытаться достичь цели. Так они двигались, перецепляя на каждом шагу страховочные карабины. Страховать надо не только себя, но и грузы.

Но вот с некоторым опозданием «Родники» все же добрались до «Кристалла». Космонавты установили прямой трап, протянувшийся над корпусом корабля. Баландин влез на него и к свободному концу присоединил другой трап, дугой огибающий спускаемый аппарат. Вся конструкция напоминала букву «Г», закрепленную с одного конца, Жесткости, конечно, маловато.

Из ЦУПа просят осмотреть пиропатроны, с помощью которых разделяются отсеки корабля. Баландин дотягивается до них перчаткой, пробует, не качаются ли. Кажется, все нормально.

В наступившей тени ЦУП дает команду на небольшой отдых, так как у бортинженера от больших нагрузок слишком зачастил пульс. Когда орбитальный комплекс снова вышел на свет, Баландин принялся за «лопухи». Но оказалось, что они не достают до прежних мест крепления. Усохли, как выразился бортинженер. На этот случай был предусмотрен другой вариант - скатать «лопухи» в рулоны и привязать. Однако на практике даже такую, казалось бы, простую операцию выполнить было невозможно. Слишком длинной получалась скатка, двумя руками не управиться. А трапы и под одним-то человеком ходуном ходят, да и вдвоем тут не поместишься.

— Может быть, их сложить? — предлагает Баландин.

Действительно, сложенные «лопухи» станут короче, меньше будут болтаться, не попадут в поле зрения инфракрасного датчика, не достанут и до других отсеков. ЦУП мгновенно дает «добро» и из-за недостатка времени рекомендует ограничиться двумя «лопухами», от которых могут быть неприятности.

Баландин уже слишком устал и уступает Соловьеву место на трапе.

Пока командир экипажа «стоял» на прямом трапе, ему удалось справиться с одним из опасных «лопухов». Он сложил его и закрепил зажимами с двух сторон. А когда ступил на огибающий трап, тот стал раскачиваться, не давая ухватиться за второй опасный «лопух».

Время неумолимо шло вперед, «съедая» ресурс скафандров. ЦУП начал поторапливать.

— Пять минут дайте, — просил Соловьев. — Сейчас ухвачу...

— Даем десять минут, но не больше.

Раскачка трапа мешала справиться со вторым «лопухом».

Соловьев все-таки складывает «лопух», но скрепляет зажимом только с одной стороны, до другой никак не может дотянуться.

— Достаточно с одной. Пора складывать трап, — снова торопит ЦУП. — В 22.05 быть в ШСО (шлюзовом специальном отсеке) при закрытом люке. Если не успеваете, все бросайте.

Время автономной работы скафандра по инструкции ограничено шестью часами, и сейчас оно на исходе... «Родники» успели войти в шлюзовой отсек, когда истекали последние минуты. Казалось, все волнения уже позади. Но их ждало новое испытание — крышка люка никак не хотела закрываться... Космонавты перевели скафандры на бортовое питание, поочереди и вместе пытались закрыть неподатливую крышку. Ведь не доходит-то, всего чуть-чуть!

- Еще 20 минут люк можете закрывать, — предупреждает, ЦУП. — В 22.50 все прекратить и перейти в соседний отсек.

Орбитальный комплекс уходит из зоны радиосвязи. Томительно тянутся минуты ожидания. Обсуждаются возможные варианты, высказываются предположения... И вот звучит долгожданное сообщение с орбиты:

— ШСО оставили. Перешли в ПНО (приборно-научный отсек). Закрылись, провели шлюзование, сняли скафандры... Люк ШСО не доходит на 1,5 мм. Такое впечатление, что что-то мешает закрыть.

С такой щелью они и оставили крышку люка, дотянув ее до защелки механизма закрытия. Такая ситуация стала результатом нарушения технологии открытия люка в начале выхода. Впрочем об этом станет ясно позже, а пока разгерметизация шлюзового отсека никак не отразиться на его оборудовании, ведь все оно рассчитывалось специально для условий открытого космоса. Так что временная потеря отсека не грозила неприятными последствиями.

7 часов провели Анатолий Соловьев и Александр Баландин в открытом космосе.

X